Весной 1979 года в результате произошедшей в предыдущем году революции в Иране цены на нефть резко пошли вверх, а возможности ее поставки уменьшились.

Однако в отличие от топливного кризиса шестилетней давности нынешний кризис

не был полной неожиданностью.

В мае конгресс обсуждал программу экономии топливных ресурсов.

Вскоре после этого в Японии по воскресеньям прекратили работать бензоколонки, аналогичные меры обсуждались в большинстве западноевропейских стран.

Уже в начале июня цены на бензин достигли 21 цента за литр,

и на бензоколонках уже готовились к тому, чтобы отрегулировать насосы на его продажу по 26 центов за литр (1 долл. за галлон).

Как ожидалось, эта цена станет реальностью еще до конца лета.

В конгрессе ставились на голосование предложения по установлению контроля за потреблением топлива.

Но, кроме введения правила об отпуске бензина через день и короткого флирта с «гайзолем» (смесью бензина со спиртом), ничего серьезного сделано не было.

Нехватка бензина начала чувствоваться уже к началу осени, и цена на него подскочила

до 29 центов за литр, увеличившись за год почти на 40 центов за галлон.

Это, как и ожидалось, ускорило переключение покупательского спроса на более экономичные легковые автомобили.

Американские компании, которые в 1978 году еще не были готовы к тому, чтобы предложить рынку свои малогабаритные модели, снова почувствовали

острую нехватку таких машин.

В результате в 1979—1980 годах так же, как это было в 1973—1974 годы, иностранные автомобильные фирмы, возглавляемые японцами, увеличили свою долю на рынке США.